Алайя Рей
Никогда не говори никогда...
Автор: Селена Алайя Рей
Название: Потом…
Рейтинг: R
Жанр: Романс. Общий – всего понемногу.
Пейринг: Лексус/Люси
Дисклеймер: Все Машиме.
Размер: Макси.
Саммари: Некая фантазия на тему нераскрытых сторон в мире Фейри Тейл.
Левой пяткой к правому боку имеет отношение к "Грозам"...



Часть 3

Она появилась не из тонкой арки врат и даже не из потока света, как описывают книги появление Зодиакальных духов. Ничего не произошло… и Лекс уже опустил руку готовый истерически рассмеяться, как откуда-то сбоку, с балкона раздался голос с чуть уловимыми издевательскими нотками.
- А ты не торопился, парень, я уж думала отзывать ключ назад. Думала, ошиблась в тебе…
Алекс резко обернулся к окну. В неверном мигающем свете молний на подоконнике рядом с кадкой, в которой рос какой-то вьюнок (сестра все время пытается оживить его кабинет) сидела девушка лет семнадцати. Ростом ему где-то немного ниже плеча, одета она была в струящееся по изящной фигуре темно-синее платье без бретелей и рукавов и белую чуть светящуюся в темноте накидку с широкими рукавами, полы которой скреплялись чуть ниже груди брошью – молнией. Почти белые с несколькими золотыми прядями волосы забраны в высокий хвост синей заколкой, а косая челка падает на… Он даже не сразу понял, что на ее лице маска. Настолько она походила на человеческое лицо. Гладкая, белоснежная, с детально прорисованными алыми губами, которые шевелились когда она говорила или улыбалась, брови двигались, мимика была человеческой, вот только обводы, разрезы вокруг каре-золотистых глаз, показывали, что ее настоящее лицо под всем этим… если оно вообще есть. Кто их Духов, пусть и зодиакальных, знает…
- Твое имя?
- Мать всех Гроз.
- Почему ты не принесла ключ сама?
- Так было бы не интересно. К тому же, Близнецы меня любят, я мать и для них…
- Почему я?
- А не много ли вопросов для мальчишки? – Нарисованные, но пухлые, будто настоящие, губы издевательски усмехнулись, а живые карие глаза блеснули смешинками. – Я могу забрать свой ключ когда угодно…
- Забирай! – Лекс разжал пальцы, позволяя золотому ключу упасть на стол с тихим звоном. – Мне не нужны подачки!
Она только рассмеялась, а потом спрыгнула с подоконника и подошла к столу. Подняла со столешницы ключ, повертела его в пальцах. У Лекса сердце в пятки ушло, как всегда сначала делает, а потом думает! Вот сейчас эта странная Дух уйдет, рассыплется в пыль, а он станется без единой возможности сбежать не только самому, но и прихватить с собой сестру. О черт!
Только Лекс открыл рот, чтобы выдавить из себя слова извинения как тонкие пальцы коснулись его щеки, а пухлые фарфоровые губы нежно усмехнулись.
- Вспыльчив, властен, упрям и силен… какое замечательное сочетание. Думаю, мне будет приятно работать с тобой. – Она вложила в его руку свой ключ и согнула его пальцы в кулак, чтобы он сжал его. – Ты станешь великим Магом, мальчик, если я не ошиблась в тебе. А я ошибаюсь редко… очень редко. Помни об этом, Маг…
Ее уход был похож на то, как это описывается в книгах. Поток мягкого серебристого света и она шагает спиной в тепло светящуюся арку, в которой нет ничего кроме серебряных искр…
Лекс облегченно выдохнул и рухнул в кресло, почему-то этот странный разговор вытянул у него столько сил, сколько не вытягивала даже беседа с отцом на повышенных тонах…
Лекс запрокинул голову и прикрыл глаза, проваливаясь в сон в котором ему мерещились фарфоровые губы ярко раскрашенные алым и точно такие же мягкие и розовые губы Магички с портрета, которая улыбалась так, будто сейчас рассмеется…

Малика с самого детства была очень тихой и несмелой, и непонятно во что все это бы вылилось при взрослении, превратилась ли бы она в послушную куклу, не имеющую своей воли или ушла бы в Храм богов? Никто сейчас этого не узнает, потому что когда ей исполнилось пять из Южного поместья в Сердоболья, вместе с отцом вернулся и ее старший брат Лекс.
Появление старшего брата в жизни тихой пятилетней девочки, у которой не было ни единого друга, кроме кукол, произвело эмоциональный взрыв не хуже попавшего в деревянный дом фаербола. Кипящий энергией, веселый, совершенно бесшабашный, непослушный Александр казался ей неземным существом, человеком не из ее тихого мира, и уж точно она не могла понять, как столь яркий человек мог быть ее родным братом, ее родной кровью…
Этим же вечером, в день приезда брата, Малика рассматривала себя в зеркало. Темно-зеленые глаза, черные, длинные, до пояса, волосы, забранные в косу, синее платье, тонкая, бледная, белая кожа. Она была просто маленьким призраком по сравнению с бронзовым от загара братом, который ко всему прочему был светловолосым и голубоглазым. Копия ее отца, а она похожа на мать… только глаза – бабушкины…
Даже сейчас, повзрослев, и смотря на свое отражение в зеркале она не понимала, что могло заставить такого человека как Лекс оставить почти всех своих друзей и остаться рядом с ней. Пусть она и была его сестрой. И за то, что все это время с того самого момента, как вошедший в гостиную мальчишка взял ее за руку, и по-взрослому поднес ее к своему лицу, чтобы коснуться сухими теплыми губами тыльной стороны ладони, произнес – «Я Лекс, твой старший Брат, и я сделаю все, чтобы стать твоим самым лучшим другом…» он был рядом, за это она полюбила брата всем своим хрупким сердцем ребенка, так сильно, как только могла…
Она пронесла эту тихую любовь сквозь годы. Она знала о Лексе, то о чем не догадывался никто. Именно в его плечо она плакала, именно она сдерживала его, когда его Магическая сила выплескивалась волнами в часы гнева. Именно Лекс удерживал отца от решения выдать бесполезную дочь замуж в четырнадцать, а потом и в пятнадцать и шестнадцать лет…
А теперь она могла отплатить ему за все, что он сделал для нее. Поблагодарить за подарки на день рождения. Такие, какие хотела она, а не предписывал этикет, за построенный домик на дереве, за сказки на ночь, за тайные прогулки по городским ярмаркам, за опеку и надежное плечо рядом… за все. Отец обещал отпустить Лекса, дать ему свободу, если она, наконец, подчинится его воле. Она сможет исполнить ту самую мечту брата, которую ему в силу рождения не дано было осуществить…
Малика собирала вещи, памятные вещи, а среди воспоминаний все еще копошилась надежда, что Брат как всегда найдет выход, но с каждой минутой, с каждой вещью, что отправлялась в чемодан, она таяла. Оставляя после себя горькое послевкусие правильно сделанного выбора…

Лекс резко открыл глаза, услышав ржание лошадей во дворе. Гроза закончилась, Отец и Мать отбывали на новый прием к соседям, а, следовательно, нужно было спешить…


Часть 4

Многое не меняется даже с прошествием времени, поэтому, не смотря на пролетевшие года и новые поколения, главные бузилы и заводилы Фейри Тейл, стоило им встретиться в гильдии всем вместе в промежутках между заданиями, продолжали устраивать драки и пьянки, гораздо более разрушительные чем раньше… но, сегодня не смотря на то, что старшие волшебники собрались почти в полном составе в гильдии было непривычно тихо. Молодежь напряженно молчала, не зная чего ожидать от старших, а старшие, собравшиеся за четырьмя сдвинутыми столами, не обращали никакого внимания на молодежь, что-то тихо обсуждая, скрывшись под Пологом Письмен…
- Ты правда ее видела? – После рассказа спрашивает розововолосый мужчина с чешуйчатым шарфом на шее, и в его рокочущем голосе столько отчаянной надежды, а в серых глазах немых вопросов… столько веры.– Мастер?
Женщина в кожаном доспехе напротив отрывисто кивает и все сидящие за столом резко выдыхают, сбрасывая напряжение последних минут.
- Когда? – Голос у спрашивающего хриплый и он нервно теребит рукав уже расстегнутой рубашки.
- Вчера вечером. – Улыбается аловолосая. – Она просто постучала в дверь моего дома… только она теперь другая.
- Насколько другая? – Спрашивает синеволосая волшебница, сидящая рядом с высоким мужчиной, немного нервно жующим кусок какого-то металла.
- Ненамного… - Неожиданно светло улыбается Мастер Гильдии Фейри Тейл – Эрза Титания. – Она изменилась не больше чем все мы за это время.
Теперь уже старшее поколение гильдии запереглядывалось, будто стараясь оценить изменения друг в друге что произошли за эти годы и синхронно захмыкали.
- И когда она планировала навестить гильдию? – Спросила беловолосая волшебница в красном пышном платье, жестом руки призывая из бара напитки.
- Сейчас, Миражанна. – Раздался голос от двери и все маги за столом резко обернулись к выходу. Там в дверях стояла волшебница, которую они уже так давно считали погибшей… но маги на то и маги чтобы уметь видеть не глазами, поэтому никто из них не сомневался что эта странная магичка в жутковатой фарфоровой маске и есть их давняя подруга Люси Хартфелия. – Мать всех Гроз, приветствует вас…
Но договорить ритуальное приветствие ей не дали с диким воплем - «Люююююююськааааааа…!» нечто синее и крылатое со всего размаху впечаталось ей в грудь повалив прямо на пол…
Люси вздохнула и счастливо рассмеявшись, обняла крылатого кота, глядя, как к ней бегут согильдийцы с ошалелыми от счастья и желания затискать выражениями на лицах.
На следующее утро так никто и не вспомнил, кто же первый выкрикнул сакраментальную фразу – «Бухаем!», зато нынешнее молодое поколение Фейри Тейл внезапно осознало что все вечеринки закатываемые до этого дня, были лишь слабым отражением того на что вообще способно нынешнее старшее поколение Фейри Тейл!

Закат в Магнолии все такой же. Окрашивающий белоснежные дома у реки, в розоватый цвет…
Люси приложила ладошку к деревянной двери и глубоко вдохнула, посылая магический импульс. Грустно, памятливо улыбнулась. Дверь – резная, покрытая янтарной краской вела в квартирку, в которой она когда-то жила и с которой не пожелала расстаться. Она выкупила ее и, уходя на столетнее задание, отдала на хранение той, кому доверяла больше всего – Эрзе.
Дверь откликнулась на прикосновение и силу, потеплела и открылась с тихим скрипом давно не смазываемых петель.
В квартире, ничуть не изменившейся за прошедшие годы, Люси поблагодарила Миру за заклятие безвременья, пахло березовыми поленьями и жарким пламенем. Так пахло… камин? Люси улыбнулась. Ну, конечно! Она быстрым шагом пересекла прихожую и кухню…
- Это моя квартира! Нацу!
Парень, развалившийся на диване, даже не вздрогнул, и ответил, принимая игру.
- Ну, Лююююси… у меня дома бардак и кушать нечего! Покорми, а?
Со стороны могло бы показаться, что время резко крутанулось назад, отматывая не дни, а целые года, но последующая фраза Нацу показала, что это не так.
- Продукты я принес… - И он улыбнулся, такой знакомой, широченной улыбкой, что она пронесла в памяти сквозь годы…
У Люси подогнулись колени, будто на плечи опустились все те годы, гранитным давящим грузом, в глазах защипало от не пролитых за все эти годы слез и Люси осела на пол.
- Все такая же плакса… - Говорит Нацу и каким-то незнакомым слитным, почти бескостным движением перетекает с дивана на пол, к ней. Зато руки, которыми он обнимает ее за плечи, прижимая ее голову к своему плечу знакомые, горячие и крепкие. И Люси плачет, уже не беззвучно, а навзрыд, с всхлипываниями и завываниями, а Нацу только продолжал улыбаться в ее волосы, приговаривая…
- Действительно вернулась, Люська, живая…

Было страшно жарко, по закрытым глазам бил свет, а Люси улыбалась, потому что это ощущение было чертовски знакомо.
- Нацу! – Прорычала Люси, отпихивая от себя горячего, как печка дракона. – Тебе дивана мало?
- Он не такой широкий как кровать. – Пробурчал убийца драконов, не глядя, уходя с линии удара и вновь валясь лицом в подушку.
- И что? Молодость решил вспомнить?
- Агаааааа… - Нацу зевает, не поднимая лица от подушки. – Вспомнить… к тому же кровать куда мягче. Дай поспать а?
Люси только вздохнула, выбираясь из под пушистого одеяла, пахнущего горными цветами и встряхнувшись, потопала в ванну, стоило освежиться и переодеться, а то вчера так и заснула в джинсах и рубашке…
Уже сидя в ванной и ловя ладонями крупные мыльные пузыри, Люси слушала, как Нацу с ворчанием возится на кухне и с улыбкой подумала, что он все-таки изменился, гораздо больше, чем она сама…

@темы: FanFic, Lucy Heartphilia, Luxus Dreher