Sombelly
Живет на Севере такая красота, один лишь взгляд ее - и гибнут города ©
Название: Не будите лихо
Автор: Эрриэм
Бета: нет такой.
Фендом: Fairy Tail.
Тип: гетоджен
Жанр: дэзфик, детектив (блеклые попытки), AU
Персонажи: Фрид/Мира, Эльфман, Гаджел, Иван, Лаксас, массовка.
Рейтинг: PG-13
Размер: мини, большое такое мини.
Предупреждения: Растянуто, бредово, отрывочно, и вообще. Смерть персонажа. ООС!
Фансервиса тоже нет. Хотя, кого-то, может, и вставит.
Статус: закончен. Алилуя!
Дисклеймер: Хиро Машима.
Содержание: Ровно год назад на деревню напало чудовище, унесшее жизнь молодой девушки. Когда казалось, что деревня в полной защищенности, жители снова подверглись нападению неизвестного зверя. Чтобы напасть на след зверя, нужно узнать настоящий человеческий облик чудовища, и у охотника нет права на ошибку.
От автора: Бвахахахахахаха!.. я хотела сказать, что сюжет вообще изначально родился благодаря всем известной пословице: «Не будите лихо, пока оно тихо». А потом. Оно пошло как снежный ком! Автор сам офигел от концовки!
Лотерейный персонаж – Фрид Джастинс. На Fairy Tail Festival

Глухая ночь окутала деревню. Такая мертвая и темная, словно все жители покинули свои дома и ушли в небытие. Даже из леса, который кругом охватывал деревню, едва доносились звуки бодрствования животных. Казалось, все вымерли в радиусе мили по какой-то неизвестной причине.

Молодой человек сидел над пергаментом, щуря глаза и массируя виски. Стол едва освещала блеклый худой огонек от небольшой свечи, которая плакала раскаленным воском. Юноша выругался, когда огонек начал совсем угасать, а капли воска застывали узорами на деревянном столе и просаленной бумаге. Заменив свечу на новую, он окунул перо в чернила и беспокойно дописал на пергаменте что-то. После свернул его и спрятал в выдвижной ящик стола.

- И я смогу почувствовать себя лучше?.. – послышалось в тени комнаты.
Юноша развернулся, вглядываясь в тень, из которой едва выбивались очертания человеческого силуэта.
- Я думаю, это ненадолго. Но если ты продолжишь принимать травы, которые я для тебя выращиваю, возможно, ты сможешь побороть свой недуг, - устало выдохнул он, опуская напряженный взгляд в пол. Задумавшись о чем-то, он просидел так несколько минут, пока ночной гость не оказался уже у самой двери. – Зайди ко мне через две недели, хорошо? – Кивок. – И не забудь – осторожность – это ключ к улучшению состояния.

Человек покинул дом, и юноша потушил свечку:
- Надеюсь, жители деревни не будут так глупы, чтобы сделать это снова.

~*~


- Жители деревни! Наконец-то настал тот момент, когда мы гордо можем назвать себя свободным народом! Наша деревня освободилась от ужасного проклятья - ровно год назад мы избавились от страшного чудовища, который терроризировал наших людей! Так отметим же этот праздник, совпавший на летнее солнцестояние!

Мужчина, прокричавший праздную речь, спустился с алтаря, чтобы взять кубок с вином у девушки, которая все время держала его поодаль от общего стола. Осушив кубок, мужчина в удовольствии сощурился, вытирая вино с усов.

- Да начнется же пир! Пейте в два горла, ешьте в два горла, пойте и танцуйте за двоих! – провозгласил он так громко, что, казалось, даже самый ужасный гром не может сравниться с его басом.
Когда старик увидел, как жители его деревни начали праздновать, бить бокалы и есть пищу со столов, он обернулся назад к алтарю, подзывая к себе девушку, которая держала кубок.
- Мира! Подойди ко мне.
Девушка поправила полы длинной юбки нарядного платья и подошла к старику. Такая нарядная и прекрасная, она казалась здесь единственной красавицей, но радости на ее лице, в отличие от людей, не было.
- Почему ты сегодня хмура? Ты не хочешь отпраздновать освобождение вместе с нами? – старик нахмурился, пристально вглядываясь в лицо девушки. Она почти вздрогнула, но потом постаралась успокоиться.
Убрав прядь мешающей челки со лба, она постаралась улыбнуться.
- Совсем нет, Иван-мастер. Но я не могу… это… - девушка начала запинаться в своих словах, не в силах найти подходящий аргумент. Мужчина зрелых лет, который управлял ее деревней, был не из самых понимающих людей на свете: всегда рубил с плеча, даже не пытаясь вникнуть в суть дела. Едва ли он заподозрит тебя в чем-то, и ты смело можешь попрощаться не только с семьей, домом и деревней – но и собственной жизнью. Неуверенность сковала Мираджейн настолько сильно, что она забыла о осторожности при общении с этим человеком и уже было хотела в сердцах выкрикнуть, что он и есть худшее проклятье этой деревни, как мастер быстро ее перебил.
Внимательно смотря на девушку, он вытянул шею к ней настолько близко, что сердце девушки екнуло – от отвращения и беспокойства.
- Я знаю, - чувственно прошептал он, словно его действительно это заботило: - тебе трудно радоваться со всеми, потому что в этот день чудовище убило твою сестру.
На последнем слове сердце Миры пропустило пару ударов, а в груди разлилась яростная, кипящая злость и боль, сковывающая движения. Но Иван, совсем не замечая этого, продолжил:
- Но мы отомстили этому зверю, когда сожгли его перед всеми жителями. Помнишь?
Мира отвернулась, чувствуя, как глаза щипает от подходящих слез.
- Я был готов поклясться, что слышал, как кричала твоя сестра. Видно, какая-то часть ее все еще была жива внутри этого зверя, - положив руку на плечо девушки, он почти зловеще прошептал: - Но все же я настаиваю, чтобы ты праздновала вместе со всеми. Ты моя фаворитка и тебе не следует подавать плохой пример.
Девушка быстро утерла слезы и, не поворачиваясь, кивнула. Потом она поспешила убрать руки со своих плеч и ушла вглубь танцующих и пьющих жителей деревни.
Иван усмехнулся, разглядывая размеренно удаляющуюся фигуру фаворитки, и вскоре сам присоединился к празднику, жадно поедая куски мяса из тарелки.

На небе уже запестрили звезды, а празднование никак не сбавляло своих оборотов. Кто-то был уже в стельку пьян, кто-то пытался выпить еще, некоторые продолжал, разгоряченный спиртным, танцевать. Находились и те, кто спорил.
Мира стояла у стойки с бочками вина, с улыбкой наливая в кружки новые порции алкоголя. Уже скоро Мира собиралась уйти домой, как услышала приглушенный весельем жителей вой из леса. Зрачки тут же расширились от наполняющего вены страха.
«Только не это!» - эхом отдавалось в ее голове. Руки начали дрожать, ноги стали ватными и в животе все скрутилось узлом. Она бросилась в толпу, пытаясь найти среди всех своего брата, но стоило найти знакомый силуэт – это оказывался кто-то иной.
- Эльфман! – уже полная отчаянья, крикнула она. – Эльфман!
Когда Мира убедилась в том, что брата здесь нет, она опустошенная села на лавку, закрыв рот ладонями. Закрывая глаза, она молилась:
- Господи, только не наделай глупостей, прошу тебя!
С неба зловеще сверкнул месяц.

~*~


- Мира-сан, вы уже уходите?
Мираджейн опасливо оглянулась, и, узнав в человеке Фрида, немного расслабилась. Нервно сминая руками подол платья, она закусила нижнюю губу:
- Я не могу найти Эльфмана, я боюсь, как бы он не попал в беду.
Фрид подошел к девушке, помогая ей спуститься с крыльца небольшого домика, где хранились все алкогольные напитки, отделенные для этого праздника.
- Я думаю, он уже взрослый мужчина и сможет постоять за себя, - попробовал успокоить девушку юноша. На что она только еще сильнее сощурилась, а ее лицо стало полное скорби.
- Я не об этом, - поспешила пояснить она, чтобы Фрид не задал вопросов, на которые бы она не хотела отвечать: - Я просто боюсь, что он сделает то, что может ему… навредить. Необдуманные поступки. Вы понимаете, о чем я? – закончив свою речь, она, пытаясь найти в глазах Фрида поддержку, подняла глаза вверх.
Юноша внимательно смотрел в ее глаза, пытаясь уловить и разделить ее беспокойство. Он знал Эльфмана очень давно и так же волновался за него, но что-то подсказывало внутри, что брат Мираджейн уже взрослый мужчина и вряд ли его остановят уговоры сестры, если он что-то задумал. Джастинс прекрасно понимал Мируи, может быть, даже разделял кое-какие ее взгляды и мнения, но мужское достоинство самому бы не позволило ему отказаться от собственных слов. Именно поэтому Фрид прекрасно понимал и Эльфмана. Однако, испытывая к Штраус сильные чувства, он не мог позволить себе оказаться в ее глазах недостойным ее защиты. И из-за этого он чувствовал, как внутри что-то разделяет его на две половины, причиняя немыслимый дискомфорт.
Мираджейн опустила глаза вниз, так и не дождавшись ответа, и лишь сильнее закуталась в шаль, словно та могла защитить ее от всех неприятностей.
- Я могу проводить вас до дома? – учтиво спросил он, зная, что девушка не откажет.
- Да… конечно, - тихо ответила она.

Почти весь путь они молчали. Но уже когда до дома осталось несколько метров, Фрид решил разрушить тишину, которая иногда рассеивалась глухими вскриками отдаленного и покинутого праздника.
- Мне очень жаль, что так произошло с вашей сестрой… Я испытываю ту же скорбь, что и вы.
Мираджейн подняла благодарный взгляд, чувствуя небольшое облегчение. Правда, ту пустоту в душе, которая поедала ее и засасывала в себя, как черная бездонная дыра, это никогда бы не заполнило.
Гибель ее сестры была трагедией как для Миры и ее семьи, так и для всей деревни.
- Спасибо. Именно поэтому я волнуюсь за Эльфмана. Он последнее, что у меня осталось.
Фрид приостановился, почувствовав укол совести. Потому что он знал, куда сегодня направился брат Миры и с какой целью.
- Вы не сможете защищать его целую вечность. – Фрид сказал это скорее в собственное оправдание, чтобы унять пожар в душе, подпитываемый угрызениями совести.
- Не вам об этом судить, - строго проговорила девушка, но потом, когда в ее голове эхом отразился ее грубый голос, ее лицо смягчилось, а интонация стала более мягкой: - Те глупости, к которым Эльфман стремиться не оправдывают его жажду мести.
Тишина, которая повисла между ними стала накаляться.
Фрид тяжело дышал, словно от каждого слова могли зависеть их жизни. Но любая неаккуратно брошенная фраза могла поставить существование оставшейся семьи Штраус под угрозу.
- Разве вы не желаете мести, Мираджейн-сан?
Юноша говорил серьезно и тихо. Выражение его лица было более, чем просто красноречивым. Настрой был вызывающим.
- Мне некому мстить. Ошибка, которая была совершена прошлым летом, больше никогда не должна повториться. – Так же серьезно говорила она. Мираджейн сжала кулаки, чувствуя, что каждое слово дается ей с трудом. Она сама не верила в то, что говорила, но выбранная ею новая жизненная позиция могла обеспечить им спокойную жизнь.
- Я просто хочу… чтобы оно все закончилось, - интонация резко взлетела вверх, из глаз брызнули слезы и Мира быстро закрыла лицо руками.
- Мне очень жаль, но это никогда не закончится. Каждое лето история будет повторяться. Это замкнутый круг.
- Не говори так, - сипло прошептала девушка. Насухо вытерев слезы с щек, она постаралась держаться настолько высоко, как могла на тот момент. – Спокойной ночи, Фрид-сан. Мне пора домой.
Юноша остался стоять у дома девушки ровно до того момента, пока там не погас свет.
- Простите меня, Мираджейн-сан.

~*~


- Ну же, мастер Иван, поцелуйте меня!.. – ворковала девушка, сидя рядом с достаточно выпившим главой деревни. От него ужасно пахло хмелем, и грязными жирными руками он обнимал женщину за талию.
- Какая же ты все-таки распутница! – громко смеялся он.
- Для вас я буду хоть самим Дьяволом, если вы пожелаете, - томно прошептала она над самым его ухом.

Веселье продолжало нестись как ураган, и с каждым часом нарастающего происшествия стоявших на ногах оставалось все меньше. Однако, оставшиеся шумели еще сильнее, чем вся свора местных пьянчуг, которые славились тем, что могли покойника разбудить своим гулом.
Время уже давно перевалило за полночь, уже сгорело половина дров, брошенных в костер для поддержания света. Музыка давила на уши, но веселые ритмы никак не могли оставить равнодушными. Для деревни это был большой праздник – избавление от чудовища, которое терроризировало город всего несколько дней.

- Мастер Иван, - продолжала ворковать девица. – Я слышала, вы немыслимо храбры. Расскажите мне о чудовище!
Мужчина нахмурился сначала, но все же выполнил просьбу блудной девицы, которая восседала рядом с ним:
- На самом деле, дорогуша, оно держало в ужасе всю деревню. Однажды оно просто появилось недалеко от дома моей фаворитки, Мираджейн. Ты знаешь ее.
- О! – разгорячено прикрикнула девушка. – А что же оно там делало?
- Сначала я этого не знал. Оно просто появилось там и, заметив меня и несколько моих ребят, ринулось бежать, видимо, почуяв опасность. Оно было таким страшным и жутким, что ты бы наверняка кричала, как проклятая, если бы завидела его. Мы обчесали весь лес с ребятами, но ничего и никого так и не нашли. Однако, такое чудовище нельзя было оставлять на свободе – говорил всем я. Жители махнули на это и жили припевающее ровно до того момента, пока не пропала Лисанна, сестра Мираджейн. Это чудовище похитило и сожрало ее! И мне стало понятно, почему оно ошивалось у дома моей фаворитки, - представительно закончил рассказ Иван.
- Какой ужас! – впечатлительно пропела блудница. – А как же вы его споймали?
- Мы поймали его в тот же день. Благодаря чудеснейшему Охотнику.
- Какой потрясающий, должно быть, мужчина. – Девушка улыбнулась. Иван удовлетворительно хмыкнул, закрывая глаза и кивая головой.
- Он мой приемник. Талантливейший юноша.
- А может, вы познакомите меня с ним? – в голосе девицы послышался скрываемый восторг.
- Он на охоте сейчас. Я не могу отвлекать его от такого дела по мелочам.

Один из костров резко потух, когда ветер тревожно завыл, принося из леса запах мокрой листвы. Музыка на миг притихла. Люди оглядывались, не понимая причину тушения костра. Всматриваясь в густоту тьмы, едва разбавляемую единственным источником света – оставшимся костром, древесина в котором уже тлела и потрескивала, никто не посмел выронить и звука. Еще один порыв ветра так же устрашающе и предупреждающе завыл, оставляя в душе каждого мерзкий холодок. Последняя искра стрельнула в траву и огонь потух.
- Что такое?.. – нахмурившись, Иван встал изо стола. Непривыкшие к тьме глаза всматривались вперед. – Кто-нибудь, зажгите новый костер!
Девушка рядом с ним прикрикнула, и что-то мокрое брызнуло на одежду главы деревни.
- Не стоит так пугаться. Я вижу, ты так пьяна, что ноги тебя совсем не держат, - проворчал он, ожидая, пока кто-нибудь на зажжет костер. Наконец-то появилась первая искра, вторая и вот снова можно было разглядеть силуэты и лица людей. И первое, что увидел мужчина, было обезображенное рыком лицо, похожее на звериное. Существо перед ним, с налитыми кровью глазами, издавало приглушенный рык, занося лапу для того, чтобы оцарапать грудную клетку Ивана. Быстро вытянув из-под мяса железный поднос, мужчина поспешил им закрыться, спрятавшись за ним почти всем корпусом. Послышался скрежет – и на внутренней стороне выступили следы звериных когтей. В следующий миг послышался людской крик – мужской и женский. Животное глухо зарычало, словно собственный рык разрывал глотку. Здоровое, почти в два метра ростом, оно нависло над Иваном, который спешил стащить из стола нож, чтобы убить чудовище. Кто-то поступил так же и уже несся с криком на существо. Задев гриву существа, он отрезал кусок меха, но так и не задел глотки. Животное зарычало, и встало на четвереньки, готовое двинуться в атаку. Из тени выбежала еще дюжина людей с ножами и даже вилами, готовые защитить главу своей деревни и постоять за собственные жизни. Тогда существо сделало несколько шагов назад и ринулось бежать с пиршества в сторону леса. Мужчины зажгли факелы и несколько человек кинулось вслед. Площадку осветили множество факелов и люди принялись смотреть, не было ли жертв. На земле они нашли лишь спутницу Ивана, остальные остались живы и невредимы.
- Лекаря сюда! Быстро! – крикнул он, видя обезображенное царапинами и алой кровью грудную клетку девушки.
- Мастер Иван, я видел, как он ушел вместе с Мираджейн, - поспешил доложить кто-то.
- Ну так догони же его! – зарычал мужчина. – Я не могу рисковать своей репутацией, а эта девчонка…
- Но он ушел около часа назад. До дома Мираджейн не меньше двадцати минут ходьбы, а он, возможно, уже ушел к себе домой. Мы не успеем вовремя, - поспешил оправдаться человек.
- Пока вы здесь речи водите, она уже успела потерять достаточно крови. Она мертва.
- Вашу ж… - прорычал Иван, садясь обратно за стол. Сминая скатерть руками, он прожигающим взглядом смотрел сквозь людей. – Позвать охотника. Живо!

~*~


Мираджейн не находила себе покоя. Она погасила свет, заперлась в комнате, даже пыталась уснуть, но внутреннее беспокойство не давало ей просто закрыть глаза. Внутри все извивалось, скручивалось в морские узлы. Дискомфорт был такой, что, казалось, душа и тело вступили в противоречия и одно пытается вытеснить другое.
Она открыла окно, надеясь, что немного свежего воздуха сможет успокоить ее нервы, но даже это не помогло. Напротив. Когда она услышала глухой крик, наполненный отчаяньем и страхом, неподдельный ужас сковал ее металлическими тисками.
Дрожащими руками она закрыла створки окна, и выбежал в холл дома. Уже там, нарезая круги, она чувствовала, как челка прилипает к ее лбу, покрытому испариной.
Прошло минут семь после того, как она услышала крик. Мира догадывалась, что именно это может быть, но вера в спокойную жизнь до последнего таилась крупицей в ее сознании. В дверь постучали, она испугано дернулась на месте, не решаясь подойти. Когда стук усилился, говоря о том, что гость настойчив и уходить не собирается, Мира перевела дух и открыла дверь.
- Эльфман! – вскрикнула она, и тут же затянула брата домой, крепко захлопнув дверь.
Мужчина зашел домой, чувствуя тяжесть. Кашляя и кряхтя, как старая облезшая кобыла, он сел на стул, хмуро уставившись куда-то перед собой.
- Боже!.. – проговорила Мира. Брови ее поползли вверх, и она никак не могла избавиться от волнения, которое только усилилось. Даже не смотря на то, что Эльфман был здесь, весь его вид говорил о том, что он все-таки сделал глупость и попал в передрягу. Или…
- Где ты был? – спросила она, поднеся брату тазик с водой и тряпкой.
Эльфман молча намочил тряпку и омыл все царапины и грязь с лица и рук.
Мира наблюдала за ним, не находя себе место. Молча, почти безропотно, она хмуро вглядывалась в брата, не зная, начать ей выяснять все прямо сейчас или позже. Но страх, затаившийся в душе, никак не оседал, поэтому Штраус лишь повысила голос.
- Где ты был?! – не вытерпев, она почти прокричала.
Эльфман посмотрел на сестру исподлобья, что по спине девушки прошелся холодок. Его хмурый, чуткий взгляд говорил лучше всяких слов, которые бы только он смог придумать и сложить вместе. И Мираджейн все поняла, но в довершении всего она хотела услышать это. Чтобы это окончательно добило ее и ее веру и надежду в счастливое будущее.
- Я охотился, - сказал брат.
В голосе не было извинений, не было упрека или злости, какого либо раздражения. Он не был беспристрастным и равнодушным, голос скорее был твердым, в нем звучала уверенность того, что мужчина поступает правильно.
Мира открыла рот в немом возмущении и беспокойстве, упреке и раздражения.
- Я… ты… Почему ты сделал… что ты… - она путалась в словах, они вылетали из рта Мираджейн бессмысленным потоком. Она словно металась по комнате, но Эльфман прекрасно понимал ее.
- Господи, Эльфман! – Мираджейн медленно села на пол, как будто все силы разом покинули ее. Схватившись руками за голову, девушка не могла понять, почему и что, когда все вышло из под контроля… - Только не говори мне, что ты…
- Я охотился на него! – почти прорычал брат, привстав, словно ущемленный и оскорбленный. Но мигом очнувшись из забытья, он спокойно сел обратно. – Я охотился на тварь, убившую нашу сестру. Надо было сделать это сразу. В тот день, год назад… они были неправы. Все!
Мираджейн заплакала. Она молча плакала, пытаясь остановиться, но рассудок покинул ее, оставляя после себя только хладную пустоту, которая обжигала сильнее пламени. Она разрывалась внутри, заставляя чувствовать моральную боль сродни физической.

Потом она кричала. Мира кричала безбожно, так громко, насколько позволяли кричать ее голосовые связки. Она кричала до боли в глотке, до кашля и слез на глазах, до эха в ушах. Ей было плевать на соседские дома, на проходящих мимо, на панику в деревне, которую принес зверь. Мира кричала о том, что так нельзя, что это не выход, что месть ничего не даст. Что нужно бросить и забыть все, что она тоже жалеет, но ничего уже не вернуть и нужно жить дальше. Но она не могла привести ни одного довода кроме желания жить спокойно, потому что девушка сама не верила себе. Она не верила в такую жизнь.
Смерть Лиссаны полностью изменила их обоих.

- Не плачь, сестра. Я убью это чудовище, я отомщу за нашу сестру. И все встанет на круги своя…

~*~


Охотник прибыл быстро. Вместе с ребятами Ивана, которых мастер так хвалил. Когда охотник слез с лошади, он отдал поводья подошедшему мужчине и прошел в дом.
- Наконец-то ты пришел!
Охотник зашел внутрь, сел за стол, снимая шляпу. Голос Ивана звучал не очень дружелюбно, скорее напряженно. Поэтому молодой человек сразу понял, что дело достаточно гиблое.
- Ты оторвал меня от моей охоты. Из-за твоих нерасторопных ребят добыча убежала. И все потраченные мною усилия и время пошли коту под хвост, - хмуро проговорил охотник. Его бас звучал так угрожающе в гиблой тишине комнаты.
- О, брось! – раздраженно проговорил Иван, махая рукой. - Моя цена тебя вполне устроит. Я заплачу тебе больше, чем в прошлый раз.
- Я слушаю тебя, Иван.
Иван улыбнулся, хотя улыбка его была больше похожа на оскал.
Обходя стол, за которым сидел охотник, Иван сомкнул ладони у груди:
- Понимаешь, Гаджел-кун… при всем моем уважении к тебе, твоя работа с этим чудовищем …
- С вервольфом! – поспешил поправить Гаджел, перебивая главу деревни. Иван снисходительно закрыл глаза, кивая головой и соглашаясь, затем поспешил продолжить, пока мысль не потеряла своего смысла:
- Твоя работа с тем чудовищем не оправдала себя! Он снова жив! И напал вчера на нас во время пиршества в честь победы над этой тварью! – к концу фразы мужчина почти кричал.
Когда он закончил, он сел на стул, откинувшись на спинку сиденья, чтобы попытаться расслабиться. Массируя виски, он продолжил:
- Мне нужно, чтобы ты доделал свою работу до конца.
Гаджел встал, хмуро глядя на Ивана:
- Я работаю без промахов. Это наверняка другой зверь. И, возможно, ваше бурное и буйное празднование и шум завлекли его в деревню.
- День летнего солнцестояния совпал с годовщиной гибели этой твари, масштаб попойки был оправдан… - лениво оправдался глава деревни.
Гаджел нахмурился еще сильнее. Ледяным взглядом пробежав по комнате, он надел шляпу на голову, немного задрав ее вверх.
- Что-то здесь не сходится. Но я поработаю над этим.
Закончив говорить, он направился к двери. Больше охотника в доме никто не держал и он поехал прямиком в лавку местного торговца.

~*~


Фрид разбирал травы, заботливо записывая и переписывая содержимое в свитки. Когда всю кропотливую и муторную работу он закончил, молодой человек пошел в сад, чтобы пересчитать растущие растения, кое-что надо было пересадить, кое-что переставить, ибо были травы, совсем не переносящие свет.
Вчерашнее событие не могло оставить его равнодушным, как и всю деревню, но принимать каких-то действий он еще не решился. Сумрачно припоминая все планы на такой случай, он решил, что оставит мрачные думы на вечер.
Однако, видимо, этому не суждено было сбыться. Фрид прекрасно помнил охотника, который без особо труда вышел на след зверя и в тот же вечер посадил того в клетку и отдал Ивану, поэтому увидеть его здесь означало лишь одно – пола было бить тревогу.
- Чем-то могу помочь? – юноша выпрямился как по струнке, практически с вызовом глядя на Гажела.
Охотник спокойно подошел к саду, облокотившись о забор, ограждающий маленькую полянку с растениями. Просматривая растения одно за другим, он перевел взгляд на Фрида, который застыл в выжидающей позе.
- Безусловно, - коротко ответил охотник.
Внимательность – это главный козырь таких, как Редфокс. И Фрид это прекрасно понимал. Так же он понимал и многое другое, например то, зачем и почему Гаджел так сканировал каждый кубический метр жилища и сада. Казалось, он мог пронзить взглядом: такой тяжелый, устрашающий, пугающий и зоркий он у него был, словно готовый зацепиться за самое незначительное, мелкое. Он вполне мог пойти за фокусника, который достает предметы из воздуха. Гаджел, конечно, не брал факты с потолка, но то, как он складывал в уме все замеченное удивляло, восхищало и настораживало. Мало тех людей, которые думают как неземные разумы.
- Я был у местного торговца. Он вчера в подробностях рассказал о том, как проходил праздник. Он видел, как вы с Мирой ушли вместе до нападения.
Фрид насторожился.
- И что это значит?
Гаджел сплюнул, поджал губы и развел плечами:
- Пока ничего, но я определенно найду связь с нападением. И для тебя будет выгоднее, если ее не будет. – Джастинс затаил дыхание. Внутри закипала злоба и заочная ненависть к охотнику. – Я могу пройти в дом?
- Конечно, - он опустился к земле и взял в руки сорванные до прихода Гаджела цветы.
Гаджел перевел взгляд на них, после на Фрида и резко спросил:
- Что это?
- Чертополох, полынь, базилик, - задумчивый взгляд Редфокса заставил Фрида пояснить: -- Я ведь лекарь.
- Я помню.

Гаджел осматривал записи. Прошелся по полкам, заглянул в шкафчики. Фрид опасался того, что Редфокс, по сути, ничего не понимающий в травах начнет задавать слишком много лишних вопросов, которые отняли бы драгоценное время. Но вместо этого Редфокс лишь бегло осматривал документы, травы, больше уделяя внимание другим деталям – обстановка, расположение предметов и вещей.

- Что ж, - когда охотник закончил осмотр, он сложил руки у груди. – Мне больше нечего здесь делать. Я могу задать несколько вопросов? – не дожидаясь ответа, он начал свой маленький неофициальный допрос: - Куда вы направились с Мирой?
- Я проводил ее до дома, потому что она плохо себя чувствовала.
- Это ее сестру похитили в прошлом году? – помедлив, аккуратно спросил Гаджел, пытаясь восстановить остатки воспоминаний о тех событиях.
- Да. Ее звали Лисанна.
- После этого ты возвращался обратно к празднику?
- Нет.
- И куда ты направился?
- К себе домой, был уже поздний час.

Гаджел кивнул, приговаривая что-то вроде «Ну как же иначе» и, попрощавшись, покинул Фрида, оставляя его наедине с новыми, беспокойными мыслями и зарождающейся тревогой.
Фрид кое-что знает о этой чертовщине и будет весьма неприятно, если охотник поймет, какую роль играет Джастинс в этом спектакле.

~*~


Иван зашел в дом слишком нервный и раздраженный. Жители уже негодовали и обвиняли его во всех смертных грехах, и ему это стоило несколько золотых монет. Не подготовленный ни для одной плохой вести, он забежал в комнату, как сумасшедший, и, заметив за столом Гаджела, прорычал что-то и злобно сказал:
- Что ты хочешь? У тебя есть задача.
- Спокойно, - хладнокровно проговорил Гаджел, сверкнув глазами настолько устрашающе, что вся злоба у Ивана исчезла, оставляя щиплющий осадок ноток гнева и страха. – Я всего лишь ищу некоторые сведенья.
- Я не в настроении говорить об этом… - огрызнулся Иван. Задрав голову, он был мрачнее тучи и едва сам не пускал молнии: - По всем делам обращайся к моему сыну. Он покажет тебе кто здесь кто, и расскажет о празднике лучше, чем я. А мне пора идти.
Раздраженно закончив свой пирует, Иван выскочил из дома, направляясь в лавку, где смог бы немного расслабить шальные нервы и успокоиться.

С Лаксасом оказалось работать намного проще. Гаджел вполне оценил его знания и наблюдательность, хотя все же, считал, что в ровни ему он бы пока еще не пошел.
- До дома Мираджейн не меньше двадцати-тридцати минут ходьбы.
- А до дома Фрида? – Гаджел изогнул брови.
- Если от Миры – минут десять, если же с той площади, можно срезать и дойти за пятнадцать минут.
- Ясно.
Гаджел что-то занес в свиток и спрятал его за пазуху. Лаксас молча наблюдал за ним, после решил спросить:
- И какие планы, тактик?
Гаджел гласно выдохнул.
- Для начала нам нужно осмотреть площадь на наличие каких-нибудь улик. После этого опросить круг подозреваемых… - Редфокс остановился, задумчиво потирая подбородок.
- И кто же входит в круг подозреваемых? Лисы да волки?
Охотник усмехнулся:
- Не все так просто. Для каждого охотника важно знать, с кем он имеет дело. В прошлый раз я думал, что я работаю с вервольфом. Теперь я считаю, что зверь был не один. У него была семья, которая, видимо, пришла мстить за него.
Лаксас глухо засмеялся:
- Это звучит глупо. У тварей нет мозга, который позволил бы им объединяться в семьи.
- Не совсем верно. Но мы можем назвать это стаей. – Гаджел хмыкнул, замолчав ненадолго, а после хмуро продолжил: - И все же кое-что не сходится. В прошлом году нападение было совершено до дня летнего солнцестояния. В этот раз прям как по часам. Это исключает жажду крови у зверя, которая толкнула бы его на охоту в деревне. Возможно, он шел по чьим-то следам, или же кто-то разбудил его… надо выяснить, кого не было на празднике перед нападением и опросить их.
- Что ж… - Лаксас потер руки. – Предстоит длинный день!..

~*~


- Лаксас?.. Вы?
Лицо Мираджейн вытянулось в удивлении. Запуская гостей за порог, она словно зачарованная проследила за ними взглядом, и, немного придя в себя, наконец-то закрыла дверь.
- Извини, Мира, стандартная процедура, - Лаксас почти ухмыльнулся на последнем слове, переполненным иронией. – Мы очень устали, поэтому не задавай вопросов, а просто отвечай, хорошо? – попросил он.
Мираджейн кивнула, усаживая гостей за стол. Гаджел внимательно осматривал дом, стены, предметы.
- Что-нибудь выпьете? Может быть, хотите есть? – заботливо предложила хозяйка дома, в душе ощущая безмолвное беспокойство. Интуиция никогда ее не обманывала, и сейчас она советовала быть как можно более осторожным. Охотник не простой человек и… кроме того, он приемник Ивана. В отличие от Лаксаса, которого нельзя назвать папиным сынком, Гаджел жесток и хладнокровен. Однако, присутствия Лаксаса, старого друга, рядом, немного успокаивало.
- Нет, спасибо, - Дреяр добро улыбнулся.
Штраус теребила пальцы, нервничая. Она села за стол, спрятав беспокойные руки под ним. Гаджел внимательно наблюдал за ней:
- Ты волнуешься. Что-то произошло?
Сердце девушки екнуло.
- Эльфман … ушел охотиться. Я боюсь, как бы он не задержался допоздна, - сбивчиво проговорила она.
- Твой брат охотиться на то чудовище? – глухо спросил Гаджел. Лаксас подозрительно посмотрел сначала на охотника, потом на хозяйку дома.
Мираджейн приоткрыла рот, глухо выдохнув, постаралась улыбнуться, но мышцы на лице словно свело.
- Н-нет… он просто … охотится на живность в лесу.
- Он ведь мясник. Один из лучших мясников, поставщик свежего мяса, - поспешил пояснить Дреяр.
- Вот как. – Гаджел встал со стула и принялся расхаживать по комнате, спрятав руки позади. – У меня уже есть кое-какая теория. Я знаю, что Эльфмана вчера не было на празднике вообще. Значит, он охотился. А раз он охотился, он вполне мог завлечь зверя к деревне по мере возвращения.
Лаксас нахмурился, пристально вглядываясь в лицо Гаджела, чтобы понять, что именно охотник хочет предпринять. Мираджейн моментально вспыхнула и поднялась с места:
- Что вы хотите этим сказать? – почти зарычала она.
- Ничего, - спокойно ответил Редфокс, взглянув на Штраус. Девушка опомнилась и постаралась вернуть себе потерянное самообладание. – Я ничего не собираюсь с ним делать. Мне нужно только чудовище. Поэтому мне нужно с ним поговорить.
- Не надо вам с ним говорить, это ничего не даст, - строго сказала девушка. – Он ничего не видел вчера, и вернулся до нападения.
- Что ж. Всего хорошего, - махнув, Гаджел направился к двери.
Лаксас подошел к расстроенной девушке и сжал ее ладони в своих:
- Извини. Отец воспитал в нем такой ужасный характер…
- Он и рядом не стоял с характером твоего отца... – в сердцах прошептала Мира, выдергивая руки.

Гаджел ждал, когда Лаксас выйдет из дома. От скуки, пока сын Ивана разговаривал с Мирой, видимо, принося скорбь о гибели Лисанны год назад, он разглядывал местность. Понимая, что разговор затянется еще ненадолго, он достал из кармана коробку с табаком. Та случайно выпала и молодой человек наклонился, чтобы подобрать ее. И тогда на самой нижней части забора она заметил следы крови. Нахмурившись, он дотронулся до следов пальцами, чтобы понять, насколько она свежа. Несколько ниже он сумел разглядеть неясный отпечаток чьей-то огромной стопы.
- Что ты делаешь? – его внимание отвлек подошедший Лаксас.
- Ничего. Идем, - Гаджел обтер отпечаток с пальцев об штаны. – Сейчас мы прочешем лес. Я думаю, этот зверь снова охотится на семью Штраусов.
- С чего ты так решил? – в голосе Дреяра прозвучала нотка сомнения.
- Кровь, которую я нашел на заборе, была свежая. День-два максимум. Так же достаточно свежий отпечаток огромной стопы…
- Это мог быть Эльфман, несущий добычу домой, - разочаровано сказал блондин.
- От туши был бы другой след. Здесь это были капли крови, едва заметные. Видимо, зверь прислонился к забору, случайно оставив отпечаток. И стопа не отпечаток обуви. Именно стопа. Понимаешь, к чему я клоню?
Лаксас зло стиснул зубы.
- Кажется, да.
- Помимо того, я нашел на площади кусочек отрезанной одежды, тоже с каплями крови. – на непонимающий взгляд Лаксаса Гаджел закатил глаза и пояснил: - Вервольфы как собаки, поэтому, если срезать с них часть шкуры или шерсти, она так и останется шерстью. Помимо того, вервольфам все равно, чьей плотью они будут питаться. Оборотни же оставляют человеческий облик днем, а ночью в полнолуние превращаются в волкоподобных тварей. Я просчитал, что полнолуние вышло на день летнего солнцестояния. В прошлом году оно было чуть раньше, что объясняет разрыв во времени между нападениями.
- Тогда почему оно не нападало в другие месяцы?
- Возможно, это как-то связано с летним солнцестоянием. Может быть, не сезон… - неуверенно объяснил Гаджел. На красноречивое выражение лица Дреяра, говорившее о сомнении профессионализма охотника, Редфокс прошипел: - Я не могу залезть в собачьи головы.
- Ясно-ясно, - не желая продолжать, сын Ивана выдвинул вперед ладони, жестом показывая, что его, в принципе, устроит любой вариант.
- И, кроме того. Раз это оборотень и он нацелен на семью Штраус, это может быть кто-то из деревни.
- Есть подозрения? – брови Дреяра поползли вверх.
- Пока нет. Я лишь перебираю варианты.

~*~


- Все-таки, ты зашел. Проходи.
Эльфман зашел внутрь, приклонив голову, чтобы не задеть дверной проем. Он был таким высоким и большим, что едва помещался во весь рост в комнате, из-за чего в гостях у Фрида он предпочитал просто сидеть.
- Как твоя рука? – дружелюбно поинтересовался
- Она беспокоит меня так сильно, раз я пришел раньше, - почти огрызнулся Эльфман.
- Да-да, конечно… сейчас.
Достав из выдвижного ящика сверток, он развернул его и хмуро оглядел.
- Знаешь, если я попробовать дать тебе чертополох… я не уверен, но попробуй приложить его к вывиху.
- Я сделаю все, что ты скажешь, - мрачно проговорил Штраус, протягивая руку за травой.
- Как Мираджейн? – как бы невзначай поинтересовался Фрид, спрятав лицо за волосами.
- Она очень беспокоится. Это из-за моей… охоты… - сделав акцент на последнем слове, Эльфман сильнее прижал траву к плечу.
- Я… на самом деле, я вполне понимаю твои чувства, - Джастинс повернул голову к гостю, чтобы видеть его лицо. – Но я вынужден согласится с Мираджейн-сан. Она твоя сестра и не посоветует тебе плохого…
- Я должен отомстить! Этому чудовищу. Которое погубило нашу семью и… - перебил Эльфман. В его словах было столько ненависти, что можно было подумать, ненавидеть кого-то так сильно просто невозможно.
- Охота опасна! – Фрид развернулся полностью, сомкнув зубы вместе. Постаравшись немного успокоиться, он продолжил с прищуром, выплевывая слова как проклятья: - В город приехал охотник. Он не твоего уровня. Ты с ним не справишься, как не справилась…
- Молчи! – зарычал Штраус, бешенными глазами смотря на лекаря.
Фрид грустно и беспокойно опустил глаза.
- Извини. Но все же, я советую тебе воздержаться от жажды своей мести. Он опасен.

~*~


- Зачем вы снова пришли ко мне? – Мираджейн стояла у прилавка с овощами, сомкнув руки у груди. Она была обижена и немного зла за резкие слова сегодняшних гостей. Помимо этого, девушка так волновалась, что едва находила себе место. А когда видела Гаджела, ее сердце стучало так, словно намеривалось выполнить всю свою работу длинною в жизнь за пару часов.
- Я просто пришел за овощами, - спокойно объяснил Гаджел, стараясь дружелюбно улыбнуться.
- Вы врете, - фыркнула девушка.
- Мы с Лаксасом прочесали весь лес, но так и не нашли чудовища. Теперь мы точно знаем, что это оборотень и он скрывается среди жителей.
- Оборотень?.. – еле выдавила Мира, чувствуя, что душа ушла в пятки.
- Верно. По нашей теории, он охотится на вашу семью. Так что, будьте осторожны.
Мираджейн вяло кивнула.
Гаджел отозвал к себе Лаксаса и наедине спросил о Мираджейн.
- Она первая красавица на деревню. Вокруг нее крутится очень много мужчин, - мрачно заметил Дреяр, смотря на девушку, дружелюбно обслуживающую парочку жителей. – Даже мой отец слишком часто пытается добиться ее расположения и залезть ей под юбку.
Редфокс недовольно застыл на месте.
Пазл в его голове потихоньку начал складываться в картину.

~*~

Стемнело очень быстро. Сумерки легли на деревню за несколько минут. На рынке почти никого не осталось, все разошлись по домам как можно скорее, зная о возможной опасности. Мира задержалась дольше всех, и больше всего сейчас ей хотелось оказаться рядом с братом дома, при свете свечей, за семейным праздным ужином.
Она испугалась, когда сзади кто-то подошел. Прикрикнув, она подпрыгнула на месте, стараясь взять что-то в руки. Когда она распознала беспокойное лицо Фрида, она как вкопанная встала на месте, а лицо девушки было такое, словно она увидела привидение.
- Мира?.. Вы в порядке?
- Я просто очень испугалась!.. Как вы? – приложив руку к груди, она тяжело дышала после волны страха. Стараясь разрядить обстановку, она улыбнулась.
Они могли бы мило побеседовать, но их разговор прервал Иван, который достаточно мрачной тучей надвигался на них как какая-то чума. Фрид нахмурился и почти встал стеной для Миры, но она ласково коснулась его плеча, добрым взглядом прося о том, чтобы он не вступал в распри с главой деревни. Еще никому не удавалось выйти в дебатах с ним победителем.
- Уже такой поздний час, я юная девушка не дома? – гадко заговорил Иван с той противной интонацией, что походила на скрежет стекол.
- Я как раз собирался проводить Миру-сан до ее дома, мастер Иван…
- Не утруждайся так, я сделаю это за тебя, лекарь, - проговорил мужчина, сверкнув глазами так и выделив последнее слово, давая понять, кто здесь выше других.
Фрид натянуто улыбнулся и кивнул головой, стараясь не показать всю ненависть к этому человеку.
Мираджейн опасливо и грустно взглянула на Джастинса. Она так сожалела, но ничего не могла сделать.
- Доброй ночи, Фрид-сан.
- Доброй ночи, Мираджейн.
- Идем, душка, - равнодушно бросил Иван, утягивая Миру за собой.

Путь выдался совсем недолгим. Иван остановился у гостиничного дома, куда обычно посылали путников, которые проезжали мимо. Мастер Иван молчал, Мираджейн старалась сдержать порывы гневного отвращения, смешенного с безропотным послушанием. Она была не глупа и понимала, что когда-нибудь благодушию Ивана придет конец и он потребует за это каких-то действий. И противнее всего становилось от того, что мужчина считал это действительно верным и стоило только запротивиться, его гнев становился необузданным.
- Я… сегодня мне нужно быть дома, потому что мы должны разделывать мясо с братом… - сказала Штраус, сделав маленький шажок назад.
Иван страдальчески закатил глаза, поднося руку к лбу.
- Он вполне управится сам.
- Но… - Мира вместе сжала кулаки у груди, - он будет волноваться, если я не приду.
Штраус старалась оттянуть время «расплаты», которое она не заслужила, как могла, но, казалось, Иван был непреклонен в своей цели. – Кроме того, я и так слишком долго задержалась, должно быть, он вне себя от волнения!..
Иван сделал хлопок в ладоши с мрачным видом, лицо его исказила гримаса спокойной злости и его холодные, как самый колючий мороз, глаза налились кровью.
Он открыл рот, чтобы сказать что-то, и Мира уже предчувствовала, как на нее накинуться. Как он будет кричать, ругаться и в итоге возьмет то, чего хотел. Глаза девушки округлились от ужаса и трепетного внутреннего зова, который толкал к побегу.
Из кустов вылетело чудовище, встав между Мирой, которая успела сделать несколько шагов назад, опасаясь Ивана, и главой деревни. Все происходило быстро и резко, словно вспышка света. Чудовище рыча, замахнулось и ударило Ивана по лицу, оставляя глубокий кровоточащий порез. Крик Мираджейн разорвал воздух, и в доме зажегся свет в окнах. Чья-то грубая фигура выглянула из окна и в следующий момент выпрыгнула наружу, подбегая к нападавшему.
Зверь резко развернулся и снова глухо зарычал, а после бросился в кусты, убегая со всех ног.
Иван лежал на земле, не верящими испуганными глазами смотря вслед убегающему чудовищу. Он тяжело дышал, скрипел зубами то ли от боли, то ли от гневного наваждения, стукнувшего в его голову.
- Гаджел! – рычал он подбежавшему охотнику, которым оказался человек из гостиничного дома. – Гаджел! Гаджел!
От ужаса, и злости, переполняющих Ивана, он не мог ничего выкрикивать кроме имени.
- Кто был до этого с вами? – резко спросил Редфокс, почти хватая Ивана за грудки.
Мужчина только бешено смотрел, пыхтя и сверля зубами.
- Фрид… а что?.. он тоже в опасности? – не отошедшая от ужаса, Мира едва могла что-то выговорить.
Редфокс только возбужденно выкрикнул: «Ну конечно же!..» и убежал в другую сторону.

Охотник достиг дома Фрида быстро. Может быть, даже слишком быстро. Забежав во двор, он почти выбил дверь ногой, вытаскивая из-за пазухи кольт и направляя его на хозяина дома.
- Вот и попался.
Джастинс, реакция которого была не такая быстрая как у прославленного Редфокса, не мог понять, что произошло. Не зная, куда именно смотреть, на Гаджела или дуло, он вжался в кресло, выбитый из колеи.
- О чем ты говоришь? Ты сошел с ума?! Не наводи дуло на человека, кольт может выстрелить! – шипел он, переполненный возмущением, злостью и тревогой. Гаджел не был похож на того, кто будет так шутить.
- Человека?! – громко выдохнул Гаджел, ненавидящим взглядом уставившись в лекаря. Если бы он мог сжечь в нем дыру одним только взглядом, Фрид бы давно был похож на дуршлаг. – Как я сразу не догадался. Те травы, Мира, праздник. Я даже теперь знаю твои мотивы!
- Какие травы? Я лекарь, я лечу при помощи трав, которые выращиваю! – в ответ кричал Фрид.
- Молчать! – рыкнул Гаджел, пнув мешающеюся под ногами табуретку. – Я, может, и не бабка-знахарка, но кое-что в травах понимаю. Чертополох, базилик, зверобой. Одни из самых сильных трав для изгнания бесов из человеческой плоти. Ты выращивал их для себя, чтобы продержаться все лунные циклы и не совершить нападений. Я был не прав в прошлый раз, спутав тебя с вервольфов. Видимо, тебе удалось выжить и сбежать! А мотив у тебя прост, как два наперстка! Ты просто подбирался к Мираджейн, чертов извращенец, - с ненавистью прошипел Редфокс.

~*~


- Мастер Иван… вы живы? – Мираджейн поднесла дрожащие руки к лицу. Не решаясь подойти к озлобленному мужчине, она все же чувствовала, что обязана ему помочь. Но в то же время ненависть, которую она питала к этому человеку, заставляла ее метаться в сомненьях – помочь или нет?
- Ты… ты… - он кашлял и раздраженно неаккуратно вытирал кровь с лица. – Мы с тобой еще не закончили, чертовка!
Он прорычал это как самый настоящий зверь. Стараясь подняться, он оперся о дерево и, наконец-то, смог занять вертикальное положение. Силы быстро наполнили его ноги и он стоял уже без какой либо опоры.
- Подойди! – приказным тоном закричал он.
- Нет, - низким от отвращения и страха проговорила Мира.
- Я сказал подойди! – он бросился вперед, чтобы схватит девушку.
Мираджейн развернулась и бросилась бежать, понимая, что если она помедлит…
- Нет!

Ногти впивались в ладони так больно, что хотелось закричать. Но Мира только закусывала губы, причиняя себе еще большую боль, чтобы молчать и не выронить ни звука. Она бежала долго, но Иван никак не отставал. Он стал ее тенью и с каждым шагом лишь приближался. Ветки болезненно хлестали по щекам и рукам, оставляя царапины, ноги путались и сбивались об деревья, но Мира продолжала бежать.
Ей наконец-то удалось оторваться. И Штраус спряталась за деревом, надеясь затеряться.
Ее преследователь тоже остановил ход и теперь топтался на месте, но его буйное желание найти чертовку лишь усилилось.
- Мираджей… выходи-и! – зазывал он, хамовато улыбаясь. – Я ведь все равно найду тебя, проклятая девчонка…
Штраус только сильнее прижалась к дереву, закрывая глаза в надежде остаться незамеченной.

~*~

- Господи, о чем ты говоришь?! – крикнул Фрид, отчаянно пытающийся вразумить Гаджела.
- Когда ты увидел, что Иван неравнодушен к Мираджейн, твоя ревность заставила тебя совершить первое преступление. И вот сейчас, когда они оказались наедине, ты решил им помешать. Ведь нападал ты не на Мираджейн, ни на кого-то другого, а на мастер Ивана, - ненависть и презрении в голосе, и звук зарядки оружия. – У тебя даже дом ближе всех к лесу, чтобы можно было спокойно спрятаться там.
- Выслушай меня, пожалуйста, не делай необдуманных поступков!
Послышался звук выстрела, и дым повалил из дула. Фрид тяжело дышал, с широко раскрытыми от страха глазами. Сердце его отбивало самый бешенный ритм. Подняв глаза, он заметил Лаксаса рядом с Гаджелом, который помешал охотнику выстрелить. Пуля оказалась в стене.
- Что ты делаешь? – прошипел Редфокс, пытаясь высвободить руку. – Отпусти.
Лаксас разжал кисть, и Гаджел, скалясь, опустил кольт.
- У тебя две минуты, чтобы объяснить свое поведение.
- Фрид не причем. – Дреяр тяжело и трудно дышал. Потный, в грязи и пыли, с не напряженным лицом. – Он был рядом со мной в момент сожжения зверя. Мы вдвоем помогали Эльфману и Мираджейн вынести все вещи Лисанны из дома – в время «казни» и так же после нее.
- Тогда… кто же… - потерявшись, Гаджел отшатнулся словно от толчка. В голове назревал хаос, вся картинка снова перемешалась, став еще более непонятной.
Перебирая все факты в голове, он думал, пытаясь понять, что именно он упустил. Где совершил ошибку, что послужило не тем доказательством. Его зрачки расширились в ужасе.
- Я был не прав. Это два разных оборотня. Эльфман.
- Что? – глухо выдал Фрид, не успев отдышаться.
Гаджел перевел взгляд безумных глаз на Дреяра:
- Иван все еще в опасности. Бежим!
Они сорвались с места.

- Ну же, помоги мне! – Мира тихо взвыла, когда брат отдернул ее разодранную юбку. Ее тонкие, оцарапанные ноги в синяках, едва стояли, и поэтому Мира позволила Эльфману помочь ей. Он перекинул ее руку на свое плечо, чтобы ей было удобнее идти.
- Прости, я пришел слишком поздно… - в голосе мужчины было столько сожаления.
Мираджейн улыбнулась, закрывая мокрые от слез глаза.
- Мне было так страшно… я рада, что ты пришел.
Они почти добрались до дома. Сутулясь, кряхтя и кашляя словно старцы, они переступили порог родных стен.
- Попались, - послышалось позади, и дверь захлопнулись. Последнее, что они увидели – вспышка, а за ней последовала необъятная темнота.

- Почему ты решил, что это они?
Множественное эхо.
- Потому, что это Эльфман! В прошлый раз мы сожгли не чудовище, а Лисанну. Это была она! Это все объясняет: почему мы не нашли тела, почему он мстил Ивану мастеру. Почему он его убил!
Грубый голос, полный гнева. Он объяснял, доказывал.
- Ты не можешь так слепо говорить об этом!
Глаза едва могли открыться. Пустота и размытость, в голове стоящий гул и ужасная боль.
Эльфман смог вернуться в сознание. Он моментально оценил ситуацию – руки были связаны, рядом была Мира, которая все еще сидела с закрытыми глазами, так же привязанная к нему.
- Мы наткнулись на растерзанный труп твоего отца в лесу. Это говорит о том, что Фрид не причем. Как ты вообще не можешь видеть очевидных вещей?
- Я говорю не об Эльфмане. Я верю в его виновность. Он единственный совсем не пришел на празднование. Но Мира… как ты можешь обвинять ее, когда мы нашли оборотня? – Лаксас гремел подобно гром. Он рьяно защищал честь девушки, разводя руками в стороны. Он рычал, когда Гаджел просто смотрел на нее. Дреяр не хотел ее смерти:
- Ты не тем занимаешься! Сейчас мы должны казнить зверя, а не держать в заложниках…
Гаджел перебил блондина, хладнокровно взглянув ему прямо в глаза:
- То есть, по твоему, жизнь Миры выше, чем жизнь Эльфмана? Как будущий глава деревни после смерти Ивана, этого ты хочешь добиться? Неравенства? Ты не лучше, чем твой собственный отец.
Лаксас замер. Между его бровей залегла морщинка, но он не сказал ни слова в ответ.
- Вся их семья проклята. Все они оборотни. Лисанна, Эльфман. И Мираджейн. Оставшихся нужно истребить всех, если ты хочешь остаток жизни прожить спокойно. Эти твари опасны. Они будут мстить.
- Ублюдок! – Эльфман постарался подняться, но все, что у него получилось, это громко откашляться. Рука ныла, голова гудела словно в ней живет пчелиный рой. – Отпустите мо сестру! Она не виновата.
Лаксас молчал. Его совсем не радовала перспектива того, что люди из деревни, теперь уже его деревни, с которыми он знаком с самого детства, будут убиты. Было больно осознавать, что кто-то из них оказлся оборотнем. Тварью, которая убила его отца. Которая все время скрывалась за маской добродушного мясника…
- Пожалуйста… отпустите нас, - послышался тихий голос Мираджейн. Она не до конца пришла в себя, она так и не подняла голову и говорила тихо, едва различимо. – Иван бежал за мной… я спряталась… а потом Эльфман нашел меня. Он не виноват. Он никого не убивал. Отпустите нас…
- Мира!.. – Эльфман повернул голову к сестре, чтобы быть как можно ближе. – Ты в порядке?..
- Мы казним вас обоих. Сегодня. При всем честном народе, - равнодушно бросил Гаджел и покинул комнату.
Лаксас отвернулся к окну. Он не мог смотреть ни на Эльфмана, ни на Миру. Он прекрасно понимал, что их ждет. И это сдавливало его, словно узкий каменный саркофаг.
- Лаксас… - позвал Эльфман. – Прости меня.
- Ты убил моего отца. Об этом не может быть и речи, - коротко, грубо ответил Дреяр, все еще смотря куда-то вдаль.
- Чудовище не я. Чудовище – твой отец, который сжег нашу сестру. Он поплатился за свое злодеяние.
- Он всего лишь хотел оберечь свою деревню.
- Лисанна никого не тронула. Она никого не убила. Она просто оказалась не в том месте, не в то время. И ее перевоплощении лишь зов природы, такой же величественный и не принимающий непослушания, - тихо сказала Мираджейн. – Твой отец без разбора просто поймал ее. И сжег. У нас с братом перед глазами. Я не хотела смерти твоего отца, но я счастлива, что он умер. Он этого заслужил.
Лаксас раздраженно развернулся. Сжимая зубы, он смотрел на Миру, как на дичь.
- Мне больно слышать это от тебя, Мира. Ты была его фавориткой.
- Он хотел изнасиловать меня! – зарычала она, подняв голову. Ее глаза, полные ненависти и презрения сверкнули. – Я не хотела этого. Но так вышло.

В комнате повисло напряженное молчание. Страх, боль, предательство, ужас, отчаянье. Все эти чувства смешались, и разрывали грудь каждого из них.
На улице раздался выстрел, заставивший Лаксаса выбежать на улицу.
Там должен был быть Гаджел. Он никогда не палил без разбора.

- Гаджел!
- Лаксас, берегись! Здесь где-то появился еще один! – в голосе Гаджела послышались нотки отчаянья.
- Что?.. Ты ошибся?.. – только и успел прошептать Лаксас, перед тем, как он потерял контроль над своим телом.
Взглянув на Редфокса, он понял, что и он так же обездвижен.
К ним начала подходить фигура человека с горящими желтыми глазами.
- Оборотень?.. – тихо спросил Дреяр.
- Расслабьтесь. Я пришел не за вами, - заговорил силуэт. Приближаясь, он стал более ясным. Можно было разглядеть очертания рук, ног, волос и… это был человек.
- Чертов засранец… - надрывно засмеялся – откашлсялся Редфокс. – Я, твою мать, был прав.
На свет вышел он. И это был Фрид.
Он выглядел как человек, как настоящий Фрид, и все, что выдавало в нем зверя – его желтые, светящиеся, голодные глаза.
- Надо было пристрелить тебя на месте, чертов оборотень. У вас тут целая стая? – плюясь словами, как ядом, рычал Гаджел. Больше всего его злило не то, что он стал обездвиженным, а то, что он оказался прав, но какой-то самоуверенный идиот смог его переубедить. И теперь не только они в опасности, но и вся деревня.
- Нет, - флегматично бросил Фрид. – Я не оборотень. Я обычный лекарь, - его губы распылись в самодовольной улыбке. – И чернокнижник.
- Ты… я верил тебе! – зарычал Лаксас, пытаясь ринуться вперед, но все, что удалось, это немного поменять позу. Его словно сковали невидимые наручники, не дающие пошевелиться.
- Я должен поблагодарить тебя за свое спасение, Лаксас, - юноша подошел к Дреяру и немного выгнулся вперед. – Я никогда этого не забуду.
Его глаза жадно сверкнули.
- Я забираю этих двоих, и мы уходим. Мы никогда сюда не вернемся, чтобы избежать ваших опасений и погони, - продолжил Фрид, подходя к дому. Его голос звучал уверенно, размеренно и спокойно. – Но если вы последуете за нами, мы разорвем вас в клочья. Мы никого не тронем. Это я обещаю. А если я что-то обещаю… то ты знаешь, Лаксас, что я держу свое слово до последнего.
Фрид зашел в дом, сощурившись от ударившего в глаза света.
- Джастинс! – радостно выкрикнул Эльфман, тут же засияв, как начищенный пятак. – Наши головы спасены! Ты настоящий мужик!
- Фрид? – робкий голос Миры звучал как писк на фоне баса Эльфмана. Она постаралась выглянуть из-за спины брата, но они были привязаны друг к другу и ей это не удалось.
Юноша сделал круговой жест рукой и веревки, как змеи, закружились вокруг тел, стали свободнее и сползли на пол. Фрид подошел к Мираджейн и помог ей подняться. Он дотронулся до ее лба, вытирая кровь.
- Я так рада, что вы пришли за нами, - девушка улыбнулась. Она обняла юношу, уткнувшись лбом в его грудь. – Я так боялась… я … мы…
- Мираджейн-сан, я никогда не допущу того, чтобы кто-то причинил вам зло. Простите, что я с таким опозданием.
Взглянув на Эльфмана, Фрид скомандовал:
- Нам нужно собирать вещи. Мы уходим из этой деревни.

~*~


Погружая вещи в тележку, Фрид аккуратно упаковал свои травы, которые он так бережно выращивал несколько лет. С этой деревней были связаны самые приятные, хотя, отнюдь не только, воспоминания. Он вздохнул и накрыл вещи тканью.
- Прости меня, Фрид, я подвел тебя. Я должен был убить это чудовище в первый раз, но я не рассчитал сил и моя поврежденная рука… - Эльфман попытался извиниться, но у него это сомнительно выходило.
- Не волнуйся, - Джастинс улыбнулся. – Ты, конечно, доставил неприятности, но по-другому жить там уже было невозможно…
- Меня беспокоит одно, - напряженно признался Эльфман. Он говорил тихо, чтобы Мира, сидящая на лошади, не смогла их услышать. – Я не знаю, кто убил Ивана.
Лицо Фрида вытянулось. Он напрягся за одно мгновение. Сглотнув, он зачарованно спросил:
- Так это был не ты?..
Лошадь фыркнула и ударила ногами по земле, заставив внимание двоих резко привлечь к себе. Мира развернулась к ним, показывая покрасневшие глаза и суженные, кошачьи зрачки. Она улыбнулась, обнажив парочку острых клыков.
- Это была я.


@темы: FanFic, Gazille Reitfox, Luxus Dreher, Mirajane